Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа

Новый массовый парадокс — многофункциональная неграмотность

Сегодняшнее промышленное общество с его глобальными экономическими связями и сложны­ми структурами, находящимися в состоянии не­прерывной трансформации, делает ставку на лю­дей, доросших до его новых требований, делает ставку на рост и прогресс. Все же оно все почаще сталкивается с явлениями упадка культуры, которые Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа никак не хотят вписываться в карти­ну неудержимого поступательного движения че­ловечества. Складывается сбивающая с толку, противоречивая ситуация: с одной стороны, ме­дийная и компьютерная техника идут вперед та­кими большущими шагами, что молвят уже о начале новейшей, постиндустриальной эры, когда главным сырьем будет уже не уголь, сталь и нефть, а Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа информация. Мол, уже появляется но­вая форма общества — открытое информацион­ное общество, где у всякого будет свободный до­ступ ко всем банкам данных в мире, а означает, и ко всем познаниям, скопленным населением земли. Но не успело еще это общество сделать 1-ые шаги, как оказывается, что подорван Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа самый фундамент, на котором оно по идее должно бы стоять.

Выяснилось, что начиная с 80-х годов больше людей утрачивают способность воспри­нимать письменную информацию вообщем, не говоря о том, чтоб осмысливать ее и пользо­ваться ею. И происходит это не в каких-нибудь странах третьего мира, а в высокоразвитых ин­дустриальных Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа странах, которые как будто поближе других подошли к «информационному обще­ству». И вот конкретно там неудержимо распрост­раняется новенькая форма неграмотности — в большинстве случаев ее именуют многофункциональной неграмот­ностью, либо «постаналфавитностью», посколь­ку идет речь о людях, так и не овладевших чте­нием и письмом, хотя они обучались в Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа школе, либо разучившихся это делать, окончив ее.

Каких масштабов достигнуло это явление, ста­ло ясно исключительно в 1984 г., когда в США был размещен отчет Комиссии по грамотности, со­гласно которому толика функционально негра­мотных составила 10% от численности всего населения, либо 23 миллиона человек. Дальше, в категорию «алитератов» были зачислены сен Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа­сационные 44% населения США — это люди, которые читать могут, но не читают либо чита­ют только под давлением событий103.

Что эта тенденция не обошла стороной и Германию, выяснилось уже в конце 70-х, когда после нефтяного кризиса на Рейне и в Руре дело дошло до массовых увольнений и на Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа улице вне­запно оказались тыщи неквалифицированных рабочих. Тогда службам занятости пришлось констатировать, что этих людей нельзя ни обу­чить, ни переучить, так как они не могут читать и писать. И сейчас год за годом 10-ки тыщ юных людей покидают школы без ат­тестата. Потому не умопомрачительно, что в Федера­тивной Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа Республике число функционально не­грамотных составляет четыре миллиона человек, т. е. 15% населения в возрасте старше пятнадцати лет104. Некие исследователи даже подозревают, что при более четком под­счете числа возможно окажутся еще выше. Вроде бы то ни было, тенденция эта только усиливается.

В1994 г. южноамериканский литературовед Барри Сандерс опубликовал книжку «A is Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа for Ox»*. Ее основная тема — трагические социальные и культурные последствия «постаналфавитности», основная предпосылкой которой, по его воззрению, — растущее потребление электрических масс-медиа, и сначала телевидения. «Почти 70 миллионов янки, — констатировал он, — не в состоянии расшифровать предупреждение на этикетках фармацевтических препаратов либо про­биться через газетную статью. Большая часть Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа из их — никак не темные, мексиканцы либо им­мигранты. Это белоснежные, коренные обитатели стра­ны»105. 70 миллионов! Тогда это состав­ляло 28% населения США!

Разрыв в уровне познаний вырастает

В Европе данная тема вызвала кое-какое волне­ние, после того как в 1995 г. заключение Орга­низации по экономическому сотрудничеству и развитию (ОЭСР) подтвердило Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа упомянутые

______________

* По-русски это заглавие могло бы звучать приблизительно так: «Заяц пишется через Е».

опаски. В нем говорится, что конкретно в бога­тейших странах планетки более 20% населения обладают очень ограниченным умением писать и считать106. Невиданный резонанс вызвало в этой связи событие, что 1996 г. был на­зван «Европейским годом образования и Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа повы­шения квалификации».

Исследование, проведенное под эгидой Интернациональной Ассоциации по оценке школьной успеваемости (МШУ) в 1995 г., вы­явило, что в Германии в среднем 15% восьми­классников понимают прочитанный текст на уровне третьеклассников107. Сначала, как установили исследователи, читается все мень­ше книжек; во всех обследованных группах уме­ние читать безпрерывно ухудшалось Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа начиная с 1980 г.

В том же 1995 г. германский «Фонд чтения» опубликовал итоги сравнительных исследова­ний, проведенных в шестнадцати индустриаль­ных странах. Невзирая на региональные разли­чия, всюду зафиксирована тенденция к так именуемой «формуле одной трети»: по одной трети населения относятся либо к любителям чтения, либо к читающим Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа от варианта к случаю, либо к не читающим вообщем никогда108.

Означает, нужно исходить из того, что «процесс отхода (в среднем) хорошей трети населения от чтения — обыденное явление в странах ОЭСР», пишет Гельмут ван дер Лар109. Стало быть, об обещанных равных шансах для всех не может быть и речи. Быстрее, вырисовывается перспек­тива Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа двухклассового общества, где будут, с од­ной стороны, умственно нищие, опускаю­щиеся все ниже по социальной лестнице, а с другой — класс привилегированных, распола­гающих «ключевой квалификацией — умением читать»*, а тем — доступом к образова­нию и познанию, к умению обращаться с масс-ме­диа, к проф карьере. Меж теми Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа и другими будет расти разрыв, уже издавна обсуж­даемый в исследовательских работах на темы телевидения под рубрикой «растущий разрыв в знаниях» («increasing knowledge gap»)110.

По всей видимости, опирающееся на масс-медиа информационное общество своими руками

______________

* Выражение из наименования процитированной создателем выше книжки Г. ван дер Лара. Непонятно, чтоб эта тенденция что Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа-то означала по последней мере для нашей страны: поли­тическая и финансовая «элита», с одной стороны, и культурная элита — с другой в ней резко разбиты, при­чем последняя оттеснена на социальную периферию, а 1-ая никак не показывает признаков образования (не говоря уже — культуры).

подрывает фундамент, на котором Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа желало бы строиться. Достигнутый прогресс будет сведен на нет вызванным им самим регрессом.

Речь немеет

Чуть до внимания общественности успела дойти неувязка возрастающей неграмотности, как уже нашлась предстоящая, доныне немысли­мая деградация орудия культуры населения земли: прямо за утратой большой частью населения письменного языка равномерно теряется и владение речью. Как ни Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа страшно это звучит, но язык немеет...

«Дома ли, за обеденным столом, в дороге ли, в автомашине, — в германских семьях либо в том, что от их осталось, хранят упрямое молчание. Употребляют разве что многофункциональные инст­рукции: «Не возвращайся так поздно!», «Брось это!», «Поторопись!» Бинарные ответы малы­шей: Да. Нет Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа. Да. — Конец диалога. (...)

Человек усваивает язык сначала от родителей. Но сегодняшние предки очень заняты, они и сами пользуются речью нечасто, а часто им и сказать-то друг дружке нечего.

«Мои старики каждый вечер торчат перед ящи­ком. Он хлещет пиво, она хрупает соленые па­лочки». Тот, кто уже с младенчества оказался Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа избалован и обездвижен нянькой-телевизором, будет молчать и взрослея. Так что ж, означает, масс-медиа больше затыкают нам рот, рас­тят поколение немых зомби?

Где бы юные люди ни забавлялись, они обречены на молчание — в кино, на концертах под открытым небом, на дискотеке, за просмот­ром видеофильмов, перед Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа телеком либо ком­пьютером. Их оглушают до безотчетного состояния, им внушают всякую всячину, но вот сказать чего-нибудть самим — этого им нельзя, этого они не смеют»111.

Так Иоахим Кучке обрисовал новейшую ситуацию в 1993 г. О схожем положении дел гласит и Конрад Адам («Франкфуртер альгемайне цайтунг». 1993.18 июня):

«Уже некое время Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа одна старая учи­тельница начинает уроки для первоклашек со необычного упражнения. Она велит шестилетним ученикам встать, подойти к окну, открыть его, опять закрыть, возвратиться на место и в немногих ясных словах поведать, что они создали. Ког­да некие предки удивленно и с легким упреком осведомились о смысле Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа этого упражне­ния, учительница сослалась на новые, необыч­ные исследования: малыши с огромным трудом по­нимают аннотации, делают их и дают отчет о изготовленном. Тому, кто вырос в еще здоро­вых, т. е. сейчас уже нетипичных критериях, не­возможно и представить для себя, что в неограниченном количестве сегодняшних семей деньками Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа и неделями не произносится ни слова. Способность расска­зывать и слушать, взаимно выдвигать аргумен­ты и уместно решать в пользу того либо другого равномерно исчезает, не говоря уж о таких арха­ичных формах речи, как песня, молитва и слова ободрения».

Тем временем неувязка приняла такие мас­штабы, что в Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа Англии пришлось прини­мать особые аварийные программки для первоклассников. В 1996 г. пресса докладывала об этом последующее: «Дети подольше обучаются гласить, если с ними изредка говорят. Потому бри­танские дошкольники все почаще сталкиваются с неувязкой отставания в развитии речи. Те­перь в 360 английских школах вводятся аварий­ные программки, рассчитанные на Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа обучение по­ступивших в 1-ый класс малышей тому, как здороваться либо спрашивать дорогу»112.

Нарушения развития речи у дошкольников

Чуть раньше группа специалис­тов — фониатров и педаудиологов, занимающих­ся нарушениями артикуляции, речи и слуха у де­тей, забила тревогу после того, как случилось последующее. Чтоб снабдить педиатров комфортным инвентарем для ранешнего Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа определения нару­шений развития речи у деток в возрасте от 3-х с половиной до 4 лет, директор поликлиники нарушений коммуникативных возможностей при Майнцском институте доктор Манфред Хайнеман разработал методику тестирования, фактически опробованную и усовершенство­ванную в 1988—1992 гг. в процессе огромного количества пилот­ных обследований113. Разработка таких мето­дов — будни науки. Но вот Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа числа, приобретенные при помощи нового способа, были какими угодно, только не будничными: уже в процессе первого пи­лотного обследования114 в одном из майнцских детских садов нарушения развития речи обнару­жились у 22% малышей, а в процессе третьего обследова­ния в майнцских детских садах, относившихся к «социальным жарким Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа точкам», — и все 34%.

В среднем у 25% деток выявлены нарушения развития речи, из которых половина квалифицирована как легкие и по четверти — как сред­ней тяжести и томные; это казалось невероят­ным, так как диахронные обследования 1976 и 1977 гг.115 выявили по этим же диагности­ческим аспектам только 4%, что соответствова­ло уже известным показателям Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа для Германии. Потом майнцские результаты были подвергнуты очередной кропотливой перепроверке, но все ос­талось как было: за хороших 10 лет числа выросли более чем на 20%. Диагноз воистину ужасающий.

Другие данные подтвердили этот итог. Так, число учеников в школах для деток с отста­ваниями в развитии речи в Северном Рейне Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа— Вестфалии в 1986—1992 гг. подросло на 58%, в Баварии за тот же период — на 54%. Обследо­вания, проведенные в детских садах городка Ноймюнстера (Шлезвиг-Гольштейн) в 1994 г., диагностировали нуждающиеся в лечении нару­шения речи у 25 малышей116. Логопед из Великобритании Салли Уорд нашла, что в Манчестере та­кие детки составляют 21% от общего числа117, подобные Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа же значения для детей из мегапо­лисов она разыскала в английских работах 80-х годов118. Результаты Манфреда Хайнемана, приобретенные в 1996 г., отыскали окончательное

доказательство в широком исследовании Йор-га Долетала и его коллег на материалах обсле­дований 1641 малыша из детских садов городка Бохума — у 25% из их обнаружились наруше­ния артикуляции Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа, а у 43% — недостающее осознание речи

Под опасностью все развитие малыша

Меж тем было проведено огромное количество других исследовательских работ. Английское Общество помощи детям с недостатками речи в 1996 г. сказало, что уже каждый 3-ий ребенок в Великобритании «заметно отстает в речевом развитии»120. Проведенные в Болгарии в 1998 г. опросы проявили, что от 21 до 27% дошкольников мучаются расстройства Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа­ми речи121. Объединение германских логопедов на собственной каждогодней конференции, проведенной в Аугсбурге в 1998 г. на тему «Расстройства речи и артикуляции у детей», констатировало, что препядствия с речью отмечаются у 15—30% всех деток дошкольного возраста122. Возможно, в бли­жайшее время цепь сообщений с такими цифра­ми будет продолжена Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа. Кстати, обнаружилось, что эта неувязка не связана с определенными соц слоями либо уровнем образова­ния; идиентично мучаются детки профессоров и подсобных рабочих. Означает, предпосылки нужно ис­кать много поглубже.

Как серьезно нарушения развития речи могут сказаться на всем предстоящем раз­витии малыша, выяснилось в процессе так называ­емых follow Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа-up* обследованиях школьников второго—третьего классов (от восьми до девя­ти лет), у каких нарушения были диагности­рованы и исцеление началось уже за четыре года ранее. Оказалось, что 52% из их по-пре­жнему мучаются легкими расстройствами арти­куляции, 44 — отстают в развитии речи, 36 — сталкиваются с трудностями в овладении инст­рументарием культуры (сначала Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа правопи­санием). У их была ужаснее развита и кратковре­менная память, и им с приметным трудом давалось построение фраз и воззвание с други­ми речевыми структурами123.

Для более глубочайшего осознания препядствия принципиально учитывать изготовленное учеными наблюдение, что нарушения развития речи у детей появляются,

__________________

*Продолжающихся в течение значимого промежутка времени (англ Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа).

обычно, не изолированно, а в со­четании с целым рядом других недостатков, сначала в сфере моторных и сенсорных возможностей. Это гласит о том, что овладение речью у деток нужно рассматривать на более широком фоне: дело идет о развитии не одной раздельно взятой возможности, а о целом диапазоне процессов Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа развития, только в собственной сово­купности делающих малыша способным ориен­тироваться в внешнем мире всеми органа­ми эмоций и действовать в нем. Более тщательно мы побеседуем об этом ниже.

Двенадцать минут разговора в денек

Тысячелетиями речь была для людей настолько же естественной средой, как воздух, а детки овла­девали ею Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа совсем спонтанно, и это каза­лось природной способностью. Если б кому-то взбрело в голову учить родителей, что они должны гласить со своим ребенком не меньше такого-то времени, те сочли бы это шуточкой, ин­струкцией типа «надо дышать». Но то, что не­когда само собой разумелось, сейчас Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа уже не таково, и когда не так давно одна из ведущих германских больничных касс решила издать для роди­телей книжку под заглавием «Поговори со мной!», призванную вдохновлять их гласить с ребенком, она совсем не шутила124. Причина та­кого поступка явна: расходы на обучение каждого третьего либо 4-ого малыша Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа в спе­циальной школе для деток с нарушениями речи оказались бы безмерно высочайшими для страхо­вой больничной кассы, не говоря уж о том, что для обслуживания такового наплыва не хватило бы никаких профессионалов. Потому все наблю­датели единодушны в мировоззрении: нужна про­филактика!

А для этого нужно знать, чем вызвано Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа данное явление, и оказывается, что обстоятельств здесь множе­ство. В интервью для прессы125, также в прило­жении к упомянутой книжке спецы, к при­меру фониатр Манфред Хайнеман и Тео Борбонус (управляющий школы для малышей с на­рушениями речи в Вуппертале), напористо указывают, что рост нарушений развития речи следует Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа связывать не столько с мед факторами, сколько с изменившимися социо­культурными критериями, в каких вырастают ны­нешние детки. Нарушения слуха, вызванные ме­дицинскими причинами, естественно, мало возросли, считает Хайнеман, но все таки главной предпосылкой докторы единогласно именуют расту­щее молчание в семьях.

У родителей «сегодня меньше времени для деток Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа: в среднем у мамы для обычного разговора с ребенком остается только приблизительно двенадцать минут в день», докладывает Борбонус. «Высокая безработица, усилившееся давление конкуренции и рационализации, болезненные сбои систем общественного страхования, — про­должает он, — все это делает человека более по­давленным, бессловесным, равнодушным». Учителя и предки, считает и Хайнеман, уже не управляются с Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа неожиданными соц изме­нениями, со стрессами и конфликтами по пово­ду разводов, с неполными семьями и професси­ональными неуввязками.

Телевидение наносит вред развитию речи

Но более сильнодействующим факто­ром, наносящим вред развитию речи у малышей, нужно считать телевидение, поглощающее больше времени и у родителей, и у малышей Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа. Чис­тое просмотровое время (которое не нужно соединять с много огромным временем работы те­левизора) в 1964 г. составляло в среднем по ФРГ 70 минут в денек, в 1980 г. для взрослых этот по­казатель поднялся до 2-ух часов, а в 1998 г. до­полз до отметки (опять-таки для взрослых) 201 минутка в Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа денек126. Это равнозначно пример­но трем с половиной часам «радиомолчания» меж родителями и ребенком.

И уж совершенно неосуществимыми оказываются семейные дискуссии, если милых детей ода­ривают к тому же своим телеком. Вы­нужденная изоляция принуждает их приметно наращивать потребление телевидения, как сви­детельствуют статистические данные. У деток в возрасте от Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа 3-х до 13-ти лет без соб­ственного телека просмотровое время со­ставляет 100 минут в денек, тогда как у деток с своим телеком оно повсевременно рас­тет. В 1999 г. уполномоченная радиостанции «Свободный Берлин» по работе с молодежью Инга Мор сделала вывод: «Дети с собствен­ным телеком каждый денек глядят переда­чи Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа более 3-х с половиной часов»127. (Заставля­ет задуматься ее примечание, что эти детки больше всего обожают глядеть взрослые переда­чи в вечерних и ночных программках!)

В особенности страшно, что в 1998 г. это касалось уже самых малеханьких детей (от 3-х до 5 лет), — таких, что глядят телек от 2-ух до Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа 4 часов раз в день, было 10,3%, а еще 2,4% смотрели передачи по четыре—6 ча­сов и больше128. Хайнеман замечает по этому поводу: «Но как раз эти детки, по нашим данным, глядят дополнительно к тому же видеофильмы и играют на карманной электрической игрушке либо на компьютере»129. Следовало бы добавить: и как раз у их Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа появляются нарушения речи, кото­рые нужно серьезно вылечивать.

А меж тем вред развитию речи у деток наносит никак не только лишь молчание перед теле­экраном. Хайнеман подчеркивает, что тут телек с его «преобладанием ви­зуальной информации» и сам по для себя неблаго­приятно сказывается на детях. «Даже Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа детские передачи, — пеняет он, — нередко совсем да­леки от реальности, а резвые смены кадров не дают ребенку способности как следу­ет проследить за ходом деяния. Передачи не­редко построены стереотипно и поэтому никак не побуждают малыша развивать свою фантазию и творческие возможности. К тому же конкретно у личных телевещателей доминируют боевики Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа и показы сцен насилия». Потому и речь малышей в играх со сверстниками становится небогатой — они ограничиваются восклицаниями наподобие тех, что встречаются в комиксах, несвязными клочками фраз и несуразными ими­тациями шумов, сопровождая их роботоподоб­ными движениями.

Но телеэкран не только лишь препятствует фор­мированию речи и Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа артикуляции. Он перекрывает и спонтанные, творческие игры и естественное движение, не давая детям стимулов, настолько необ­ходимых им для формирования двигательных способностей и органов эмоций. Нехватка многообра­зия варьирующихся раздражений, идущих от окружающего, может привести к недостатку в формировании функций мозга, пре­дупреждает Борбонус, а мучаются при всем этом Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа творческие возможности, фантазия и ум. Основываясь на долголетнем педагогическом опыте, ученый констатирует, что из-за нехватки первичных стимулирующих раздражений у ны­нешних деток с все огромным трудом формиру­ются функции для восприятия внутренних и наружных состояний — тепла, равновесия, дви­жения, чутье, осязание и вкус. Этот недостаток только утежеляется недочетом в Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа огромных го-

родах применимых для игр площадок и стимули­рующих критерий. Потому Борбонус призывает сделать среду, стимулирующую развитие малышей. «Человеческая теплота, игры и движение при всем этом обязательны», — говорит его вывод.

Фатальные последствия неверной модели мышления

Корешки препядствия уходят, разумеется, еще поглубже — в общий склад и условия существова­ния нашего Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа времени, очень глубоко, чтоб можно было гласить об одном изолированном патологическом явлении. Нарушения развития речи — только вершина айсберга, т. е. комплекса обстоятельств, начинающих грозить всей нашей культуре и цивилизации. Но обстоятельств опускать руки нет — ведь вина здесь лежит на нас самих и нам же самим нужно скорректировать неправильное направление развития Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа.

Для этого нужны различные уси­лия. И все таки шансов на фуррор будет не много, если не получится поменять что-то решающе принципиальное в нас самих, в нашем складе мышления. Его основная отличительная черта — привычка рассматривать все, что относится к речи и ее слухо­вому восприятию, через Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа призму чисто техни­ческой модели отправителя и получателя, входа и выхода, как будто дело идет об обмене информа­цией меж 2-мя компьютерами.

Таковой подход был и остается более рас­пространенным в науке, не обошел он стороной даже полный процесс обучения детей речи. Хотя в 60-е и 70-е годы нередко указывали130, что детки Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа научаются речи не через пассивное ее восприятие, а интерактивно, многие исследова­тели упрямо говорят: чтоб малыши обуяли речью, принципиально просто установить верный input, «вход», со стороны окружающих, а лучше ра­дио и телевидения здесь ничего не придумаешь — ведь никакой взрослый не может тягаться в абсо­лютной корректности Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа речи со специально обу­ченным диктором, не говоря уже о огромном количестве образовательных программ. Итак вот, стало быть, телевидение, этот собственного рода говорящий учеб­ник с картинами, и есть безупречное средство для обучения детей, идеальнее всего способствующее развитию у их речи131.

В том, что таковой подход не имеет ничего об­щего Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа с фактами, общественность могла убедить­ся, когда британский логопед Салли Уорд обнародовала результаты собственных десятилетних иссле­дований (1996). Она установила, что у 20% об­следованных малышей в возрасте 9 месяцев уже находится запаздывание физического развития, если предки воспользовались телеви­зором как нянькой132. Если малыши продолжали глядеть телек, большая часть из Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа их к трем годам отставали в собственном развитии уже на целый год, т. е. гласили как двухгодовые, а тем под опасностью оказывалось все их предстоящее развитие. А вот если предки, проявив в конце концов благоразумие, заместо телека начинали воспользоваться прямыми речевыми контактами с ребенком, девятимесячный малыш мог навер Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа­стать упущенное уже за четыре месяца, лекар­ством же было не что другое, как слова, живы слова родителей!

В 1990 г. некие ученые еще считали, как будто план учить деток первого года жизни языку только через электрические масс-медиа, чтоб поглядеть, обуяют ли они ре­чью таким методом, — это «жестокий Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа мысленный эксперимент»133. Тем временем мысленный экс­перимент перевоплотился в жестокую действительность, которая учит: речь из динамиков не делает того, чту делает речь взрослых в прямых контактах с детками. Даже когда из аппарата звучат те же са­мые слова, ребенок, повсевременно слышащий толь­ко их, оказывается отброшен в собственном развитии вспять, так Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа как при всем этом блокируется форми­рование нужных для речевой деятельности структур мозга. А вот звуча из уст мамы, они же так очень продвигают малыша вперед, что он даже способен нагнать упущенное.

Означает, исследователи должны поставить вопрос: чем речь из динамиков отличается от живой речи? Ведь исходя из Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа убеждений физической различия будто бы бы нет. Но почему же тогда на техническом уровне опосредованная речь не дает сло­житься функциям мозга у малышей, тогда как ее оригинал эти функции поддерживает?

Речь — совсем не такси

Языкознание привыкло созидать в человечес­ком языке всего только тс, при помощи которого информация от Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа «отправи­теля» поступает к «получателю»*. Но этот подход,

________________

* Это приложимо, естественно, не ко всякому языкознанию, а только, пожалуй, к направленному на сплошную формализацию изучаемых связей.

развитый еще в XIX столетии, чреват дале­ко идущим выводом: если дело исключительно в том, чтоб «транспортировать» содержание, то у живой речи нет собственного, особого Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа смысла, ведь информация может дойти до адре­сата и через других посредников — письмо, символ, образ, жест. Каким из их пользоваться, ин­формации настолько же индифферентно, как безразлич­но пассажиру, на такси какой марки — «дайм-лер», «вольво» либо «форд» — ехать на вокзал. Но ребенку совершенно не индифферентно, через какого посредника Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа заходить в мир языка. Ведь свою людскую суть — в самом фунда­ментальном смысле слова — он сумеет когда-нибудь добыть, только если вступил в контакт с людской сутью родителей через жи­вую родительскую речь. При всем этом дело не столько в передаче инфы, сколько в со­всем другой, еще более Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа важной деятельнос­ти. До того как малыш научится произносить хотя бы одно крохотное предложение, он дол­жен в совершенстве завладеть координацией бо­лее сотки мускулов, участвующих в артикуля­ции, а это в высшей степени непростой процесс. По уровню трудности с ним не сравнится ни одно другое движение, какому Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа способен научиться человек134. И этот процесс, в свою оче­редь, — только часть той длящейся не один год борьбы за овладение функциями собственного тела, которую ведет ребенок. С первого денька жизни он с неописуемой энергией тренирует разные двигательные функции и их взаимодействие, начиная с движения глаз и рук через Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа умение держать голову, стоять и ходить и прямо до ов­ладения узкой моторикой кистей рук и паль­цев. Артикуляция звуков речи — как будто зрелый плод на дереве, выросшем из деятельности это­го «двигательного человека», работающего над мускулатурой всего тела.

Как тесновато в 1-ые годы жизни мото­рика речепроизнесения связана с общей мотори Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа­кой тела, выявилось, например, в процессе обследо­вания дошкольников с нарушениями речи (Массингер, Никиш, 1996). Оказалось, что у 70% малышей они сопровождались дополнительными нарушениями как узкой, так и общей мотори­ки135. В более ранешних обследованиях было выяв­лено от 60 до 70%. Нарушения развития речи сказывались в том числе на движении глаз136.

Но Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа если двигательные возможности как сле­дует не развились, то недоразвитыми останутся и сенсорные возможности. Это уже подтверждено относительно зрительного восприятия (наруше­ния у 85% деток)137, и сначала относитель­но осязания: малыши без нарушений речи в возрас­те от 3-х до 6 лет в тестах Кизе-Химмель демонстрировали приметно наилучшие Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа результаты в так­тильном восприятии, чем детки такого же возраста с нарушениями речи138. При повторных тестах второго уровня эти последние все еще не могли совладать с всеохватывающими тактильными вос­приятиями139. Стало быть, похоже на то, что формирование тактильного восприятия — предпосылка, нужная, чтоб детки овладе­вали речью

Речь — это искусство Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа движения

Возбуждение звуковых волн и перенос ин­формации так же не достаточно охарактеризовывают звучащее, живое слово, как анализ частот — чувства, оставшиеся от прослушивания концерта в зале. За звуками речи стоят не колебания голосовых связок, а безотчетный качественный «постанов­щик движения», с огромным тщанием настраи­вавший собственный физический, голосовой инстру­мент Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа, покуда не оказался в состоянии как будто играючи извлекать из потока воздуха бесчис­ленные звуки и цвета речи.

Если б мы могли принимать эту бессозна­тельную деятельность очами, то узрели бы, что в ее ходе беспрестанно созидаются пластические формы: выходит это приблизительно так же, как у ва­ятеля, обрабатывающего дерево либо камень Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа, — разве что здесь идет речь о мягенькой, подвижной мус­кулатуре, порождающей все новые формы звука. Чтоб артикулировать звук, никак не достаточ­но направлять поток выдыхаемого воздуха через горло, выпуская его изо рта в виде звука. На са­мом деле этот поток на собственном пути через трахею, глотку и Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа рот должен пройти через рельефно вы­лепленную полость, похожую на русло реки, — ее форма с быстротой молнии изменяется движением мускулатуры нёба, язычка, языка, челюстей и губ зависимо от того, какой звук требуется про­изнести. И вот, когда поток воздуха выходит на­конец через губки, он не только Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа лишь звучит, да и несет с собой — в силу всякий раз особой формы пройденного им «речного ложа» — соответствую­щую особую тенденцию формы, которую и присваивает окружающему рот воздуху. Так рельеф внутренней мускулатуры порождает пластичес­кие формы наружного воздуха.

Первым на эти незримые, порождаемые ре­чью воздушные формы указал в Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа 1924 г. Рудольф Штайнер141. Его замечание, что сделать их зри­мыми непременно может быть, пользуясь соответ­ствующими средствами, в 1962 г. было реализо­вано дрезденской учительницей Иоганной Цинке. Десятилетиями изучая данную тему, она смогла показать, что каждый звук речи и впрямь порождает перед ртом особую, соответствующую только для него воздушную форму, при Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа этом яв­ление это закономерно воспроизводится. Чтоб видимо показать отдельные формы и зафикси­ровать их при помощи фотоаппарата, Цинке по­началу использовала явление естественной кон­денсации пара при температурах ниже нуля. Но намного эффективнее оказался другой способ — перед произнесением какого-нибудь звука необходимо было вдохнуть незначительно табачного дыма. Тогда Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа возникающая воздушная форма оказывается насыщенной частичками дыма, и ее без усилий можно созидать при комнатной температуре. Дру­гим методом визуализации могут служить снимки, изготовленные с помощью прибора Тёплера и интерферометра. (Снимок на ил. 3 изготовлен с помощью прибора Тёплера, другие -обычные снимки выдыхаемого табачного дыма.

На их показаны предельные Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа объемы воздуш­ных форм.)

Но полная картина происходящего выяви­лась, только когда «воздушные звуковые формы»

_________________

* Следует учитывать, что во всех примерах идет речь о звуках германского языка, артикуляция которых приметно отлича­ется от артикуляции соответственных российских; в этом случае все звуки артикулируются более энергично и «резко».

(как именовала их Цинке) были Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа засняты на плен­ку скоростной камерой. Здесь можно было узреть, как любая форма в течение толикой се­кунды появляется, добивается полного объема и

вновь исчезает, при этом всякий раз это проис­ходит в другом темпе и другой манере. Тогда всякий звук речи стает взгляду как текучее изваяние142.

Стало быть Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа, речь — в самую первую очередь формосозидающий процесс. В его ходе склады­ваются динамические образования, которые ча­стично в течение секунд остаются в воздухе, пос­ле того как надлежащие звуковые волны уже пропали. Но сразу и все тело говоря­щего при каждом звуке речи производит опреде­ленные, труднодоступные невооруженному глазу Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа движения. Выявить эти движения посодействовала еще совершенно юная наука кинезика: исследователи

снимали говорящих скоростной камерой (30 и 48 кадров за секунду), а потом подвергали отдельные кадры микроанализу. Оказалось, что эти микродвижения протекают полностью син­хронно с актом произнесения, затрагивая всю мускулатуру тела с головы до ног143.

Слушатель танцует один танец с говорящим

Спецы по Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа кинезике с изумлением об­наружили, что слушатель, со собственной стороны, от­вечает на выслушанное точно такими же микро-движениями, какие безотчетно производит говорящий, и точно так же — с головы до ног, но с наименьшим запаздыванием в 40—50 мил­лисекунд. Сознательная реакция при всем этом, есте­ственно, исключена. Открыватель этого явле Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа­ния Уильям Кондон обрисовывает поразительную синхронность движений говорящего и слушаю­щего последующими словами: «Выглядит это так, как будто все тело слушающего точно и пластично аккомпанирует речь говорящего плясом»144.

Хотя на физическом уровне связи меж этими процес­сами установить нереально, кажется, как будто говорящий и слушающий ритмично движутся Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа в ка­кой-то общей среде. При этом, как проявили про­верочные испытания, это относится только к звукам речи, но никак не к шумам либо бессвяз­ным звукам. А речь опять-таки может быть на каком угодно языке: Кондон узнал, что двух­дневный малыш реагирует и на китайскую речь, и Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа на английскую точно теми же микродви­жениями, какие производит говорящий145.

Отсюда становится ясно, что слышимая речь сперва повлияет на бессозна­тельного «постановщика движения», о котором говорилось выше. Он, как будто танцор, всем те­лом встраивается в животрепещущий пластический поток движения, каким является речь, и притом сходу, без подготовительной сознательной Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа реги­страции, переживания и обработки звука. Зазор в 0,04 секунды не оставляет никакой возможно­сти для раздумий, а тем паче — для чувственной реакции.

Звуки речи пронизывают всего человека

Все это происходит на самом глубочайшем, наи­более простом уровне речи, там, где она —

незапятнанное движение. Движение порождает все, что составляет речь. Она по самой Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа собственной сущности призва­на размягчать даже самое жесткое и застывшее слово — например, угол либо край, — превращая его в текучий процесс движений мускулов и зву­ковых воздушных форм, переходящий от К к Р, от Р к А, от А к Й в неизменной трансформации. Этот двигательный процесс, исходя Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа от говоряще­го, перебегает на мышцы и конечности слушаю­щего — и вот они окутаны им. Слышит в бук­вальном смысле слова человек полностью. Даже язычок слушающего повсевременно воспроизводит то, что гласит либо поет другой.

Но все это — только 1-ый шаг в процессе слу­шания. На последующем шаге движение перебегает Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа от чисто мышечной активности на ритмическую деятельность сердца и легких. Здесь оно, как всякий рассказчик может созидать на собственных слушателях, производит напряжение и расслабление, ускоре­ние и замедление естественных ритмов, и сейчас эти легкие отличия обхватывают и душу слуша­теля, вызывая в ней живой отклик. Телесное дви­жение преобразуется в движение Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа души, и из обла­сти безотчетных переживаний, схожих на глубочайшее сновидение, мы перебегаем в область по­луосознанных, грёзоподобных чувств.

Только на 3-ем шаге это движение дости­гает полюса нервной чувствительности голов­ного мозга, где вновь преобразуется — сейчас в движение интеллектуальное, ясно осознаваемое как понятие либо представление. Тут, в Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа сфере понятий, «к-р-а-й» являет собой нечто жесткое, застывшее, тогда как на уровне телесного про­цесса звукоизвлечения это было незапятнанное движе­ние, а на духовном уровне — подвижное ощуще­ние. Стало быть, речь пронизывает собой всего человека, при этом снизу ввысь, а не напротив:

Овладение речью и формирование Безъязыкое детство. Что губит и что спасает речь в век масс-медиа мозга


bezpulsovaya-elektricheskaya-aktivnost.html
bezrabotica-federalnaya-sluzhba-gosudarstvennoj-statistiki.html
bezrabotica-i-effektivnost.html